ЗИМНИЙ ЦИКЛ КАЛЕНДАРНОЙ ОБРЯДНОСТИ НЕМЕЦКИХ КОЛОНИСТОВ НИЖНЕГО ПОВОЛЖЬЯ ХIХ-ХХ ВЕКОВ

Медведев В.Н.

Статья опубликована в газете » Новости Сарепты» в декабре 2004 г.

В работе рассматриваются этноконфессиональные особенности зимней календарной обрядности (евангелическо-лютеранских) сельских колоний Камышинского уезда и общины гернгутеров ремесленно-торговой колонии Сарепты. Использованы материалы этнографических экспедиций ВолГУ и МЗСС 1990, 1994 гг., полевые записи автора (ПЗА) 1989-1995 гг.[1]
Календарная обрядность колонистов-протестантов является существенной характеристикой культуры этой этно-конфессиональной общности. Необходимо учитывать и исторические условия создания колоний, этнический, конфессиональный состав переселенцев, процесс этногенеза.[2]

Календарная обрядность поволжских немцев отразила этноконфессиональные и локальные особенности католиков, лютеран, гернгутеров. К началу ХХ в. обрядность годового цикла у поволжских немцев находилась в полуразрушенном состоянии, утратила ряд элементов. Аграрный характер сельских общин, патриархальность и консервативность традиционного хозяйства, связь с природой, способствовали консервации календаря колонистов. В то же время переселенцы частично переосмыслить сельско-хозяйственный календарь Средней Германии в соответствии с аграрными, почвенно-климатическими условиями Поволжья. Регулятором и хранителем народных, общинных, религиозных обрядов и традиций была церковная община, семья.[3]

Германский народный календарь строился на природо-хозяйственной основе. Древние германцы начинали календарный год с конца осени-начала зимы. Языческий календарь германцев включал: возрождение бога Солнца (середины зимы — Jul) После христианизации (IV-IX вв.) церковь совместила праздник св. Мартина (11 ноября) с началом зимы.[4]

Зимний календарный цикл — фаза покоя природы, отдыха земледельца и подготовки к новому хозяйственному году, весне, севу, урожаю, плодородию, богатству общины. Обрядность должна была обеспечить посредством обрядов и ритуалов гармонию природного цикла.[5]

Адвент (Аdventus — «прибытие») — месяц подготовки к Рождеству у немцев-колонистов Поволжья, зимнего календарного цикла. Адвент включал четыре воскресенья, т.е. три недели. В первый адвент начинался церковный год. Адвент — время покаяния, поста у католиков. У протестантов пищевых запретов не было. Община следила за уборкой домов, дворов, за соблюдением запретов на свадьбы, развлечения. Верующие проводили время адвента в молитвах и воспоминаниях о рождении Иисуса Христа. Пост и молитвы имели целью защиту от злых сил, болезней. В начале Адвента в церкви устанавливали рождественские ясли, делали декорации хлева, изображая место рождения Христа. Ясли устилали сеном и укладывали в них изображение младенца Христа. С конца ХIХ в. алтарь в церквях и жилища поселян украшался адвентским или рождественским венком (Adventskranz). Bенок плелся из сосновых веток и украшался лентами и свечами, обычно красного цвета, иногда шишками, фигурками ангелов. Каждое воскресенье адвента зажигали по одной свече. Четыре свечи символизировали времена года, души верующих, рождение Спасителя — света мира.[6]

Колонисты белили и убирали дома и подворья. Приводили в порядок хозяйственные постройки, хлевы и дворы. В семьях поселян шла подготовка к Рождеству. Дети и взрослые готовили скромные подарки (игрушки, поделки из бумаги, глины, вышивки) посещали церковь, родных, крестных, покупали и мастерили украшения для рождественской елки. Дети заучивали стихи, молитвы, сказки для рождественского представления в церкви, в школе, дома. Хозяева и хозяйки заботились о рождественском столе, выпекали пироги, пряники, печенье, калачи, коптили окорока, сало, колбасы.

В адвент отмечали праздники, связанные с раздачей подарков детям — католики: день св. Николая (5 декабря), протестанты — вечер Томаса. Св. епископ Николай (Sinte Kloos, Klas) изображался в виде старого доброго человека с длиной седой бородой, часто в одеянии епископа или шубе подпоясанной цепью. В руке держал розги, за плечом мешок с подарками. К людям он приходил тайно ночью, и для даров дети выставляли у двери, на печи, на окнах сапожки, тарелки. Николая сопровождали устрашающие персонажи (Пельцникель) вооруженные кнутами, палками, розгами. Они были одеты в шубы, вывернутые наружу. На лица надевали маски из соломы и картона. Во главе процессии шествовал Николай. У протестантов образ Николая слился с образом Христа, Кристкинди и др. персонажами.[7]

«Вечер Томаса» (Тhомаs Abend, Tommas) обычно отмечался колонистами 21 декабря и обычно заканчивал Адвент. Ранее с него начинались дни «последней разгульной ночи» (Raachnachten) перед Рождеством. В отличие от доброго Св. Николая, Томас изображался чаще всего злым, что сближало его с рождественским Пельцникелем. Им пугали детей. Вечером на улицах появлялась процессия ряженных во главе с Томасом, одетым в шубу, подпоясанную железной цепью, в маске с бородой из конских волос. На плече он нес мешок с подарками. Его спутники были вооружены кнутами, прутами, палками. Они задирали прохожих, стучали в окна, шумели. Детей заставляли петь псалмы, читать молитвы, наказывали непослушных. Адвент заканчивался в последнее воскресенье перед Рождеством.[8]

В рождественском цикле присутствовали элементы оберегательной и инициальной магии. Считалось, что события, произошедшие на святки, погода, поведение людей, животных влияли на весь год. Богатство рождественской и новогодней трапез, присутствие за столом всех близких родственников должны были обеспечить семье (роду) благополучение и богатство в течение всего года. Обильная еда была также залогом будущего урожая, плодовитости скота. Магическими свойствами обладали рождественский хлеб, фигурное печенье в виде животных и свинина. Ритуальные действия с ними влияли на здоровье скота и количество приплода.[9]

Вайнахтен (Weihnаchten, Christfest) — Рождество Иисуса Христа — праздник зимнего календарного цикла. В празднике прослеживаются элементы дохристианских верований, приуроченые к зимнему солнцевороту, элементы солярного культа. Рождественская ель — Weihnachtbaum, Christbaum, Kristbaum, в немецких колониях стала традиционной только в XIX в. Еще в начале XX в., из-за нехватки елей в степных колониях, использовали сосну, акацию, вишню, березу. Ель устанавливали в церквях перед алтарем, в школах, в домах колонистов и украшали сладостями, игрушками, фигурками ангелов, животных, рыбок, птиц, звездами, свечами. Кирха гернгутеров Сарепты и жилища украшались «гернгутской» рождественской звездой. Празднование Рождества начиналось в предрождественскую ночь — Сочельник (Heiliger Abend, Сristmetter, Christnacht). В Сочельник колонисты не принимали пищи «до первой звезды», т.е. сумерек. Вечером под звон колоколов в церкви селений на «Всенощную» (рождественская месса) сходились и съезжались празднично одетые колонисты. Исполнялись песня «Святая ночь…» (Heilige Nacht, …), хорал Лютера, устраивались инсценировки по Евангелию. Алтарь и кафедра священника были накрыты красным или белым бархатом. Для детей проводили короткую службу — «Малую Рождественскую Ночь». После окончания богослужения дарили детям подарки. Женщины заранее готовили праздничный ужин. Вся семья собиралась в парадной комнате у елки с горящими свечами (Wunderbaum, Christbaum) за рождественским столом. В честь Рождества и елки исполнялись народные песни: «O Tannenbaum, …», «Stille Nacht, …» и др. Возле елки детей ждали подарки. Иногда взрослые раскладывали их на столе, клали в шапку, тарелку, башмак или подарки приносила Кристкинди. В Сочельник или на следующий день дома в поселке обходили ряженые: Пельцникель — «меховой человек» (Pelznickel), Св. Николай, медведь, Forkleiud, Томас, Weihnachtmann и Кристкинди — «Младенец Христос» (Christkind, Kristkindi, Christkindchen) и др. Они ходили по улицам, создавая шум, звенели цепями, бубенцами. Для Пельцникеля и Томаса общим являлся мех — символ плодородия, изобилия. Зооморфные маски некоторых из рождественских персонажей изображавших животных: медведя, быка, барана могли свидетельствать о пережитках тотемизма. Применение сажи для раскраски ряженых возможно связано с культом предков. Черный цвет символизировал смерть. К Пельцникелю, и Форклейду относились как к представителям загробного мира. Тем не менее, создавая шум при обходе дворов, они отгоняли злые силы. Роль Кристкинди играла девушка или молодая женщина, одетая в белое одеяние, валенки или туфли, перчатки. Обычно она являлась в кружевном покрывале (шлейфе), с вуалью на лице (венцом из белых восковых цветов в некоторых колониях ). В этом персонаже соединились черты доброй феи или святой Люции (девушки в белом одеянии и венцом невесты), ангела, Христа и др. В руках у нее были прутик и мешочки (платочки) со сладостями. Кристкинди вспоминала добрые дела детей (иногда взрослых), хвалила их или журила, слегка наказывала за проступки, просила прочитать стихи или молитву, псалом, одаривала сладостями.[10]

Рождество праздновали 2-3 дня. Наступали школьные каникулы. Дети катались на коньках, играли в игры, молодежь каталась на лошадях. Ряженные иногда ходили и вечером 25 декабря, продолжалось веселье, проводились танцы. Местами поселяне гадали о погоде на грядущую зиму. У католиков начиналась рождественская неделя или «Святки» (Weihnachtswoche). Утром в день Рождества колонисты посещали церковь, где проводилась литургия или месса. Исполнялись Рождественские псалмы. Пастор читал проповедь. После звона колоколов прихожане расходились на рождественский обед. В некоторых поселениях дети посещали крестных родителей, родственников, поздравляли их, получали небольшие подарки. Ночью старались не появляться на улице, опасались злых духов.

Рождественский стол поволжских колонистов отличался разнообразием. Готовили «проде»(Prude, Prode, Schovpraden) — тушенное в духовке мясо барана или гуся с картофелем или птицу с начинкой из калача с изюмом и черносливом, жареную птицу, поросенка с начинкой, куриный суп (Nudelsuppe), «Путер клейс» (Puderkleis) — галушки из сухарей с яйцом и маслом в курином супе, тушеную квашенную капусту с окороком, картофельное пюре, различные каши, студень, сладкий суп из сухофруктов, галушки с арбузным медом, «степной» чай, пироги (кухи) с различными начинками, «рождественские пряники» на арбузном меде, «крепли», хворост, подавали красное вино, рыбу, колбасу и др. В степных колониях, по поверью, в первый день Рождества не ели мясо, «чтобы волки скот не порвали».[11]

Новый год (das Neujahrfest, das Neue Jahr, Altjahrsabend) был центральным праздником рождественско-новогоднего цикла календарной обрядности колонистов. В отличие от Рождества он сохранял черты общинного сельского праздника. Ночь или день Св. Сильвестра (Silvesterabend) отмечали 31 декабря. Новогодняя ночь считалась священной. Колонисты окуривали жилища, хлевы, зажигали и оставляли горящими свечи и другое праздничное убранство от Всенощной до наступления Нового года. Лютеране некоторых колоний встречали Новый год в церкви. Община собиралась вечером или в полночь на «Всенощную», «Полуночное бдение», молитву, проповедь. Принято было ходить в гости к родственникам, крестным и соседям. В некоторых колониях в 12 часов ночи мужчины выходили во двор и стреляли из ружей в воздух. В других — щелкали кнутами, гремели цепями, кричали, пели, желали друг другу счастья. Днем посещали церкви, слушали проповедь пастора. Около 5 утра или 12 часов ночи молодые парни и мужчины (иногда ряженные) шли к родственникам крестным, соседям и поздравляли их с Новым годом. Хозяев осыпали зернами пшеницы, гороха и др. Старались произвести как можно больше шума. Заряжали мелкой дробью ружья, туго забивали и стреляли в порог или дверь дома, пробуждая хозяев. Войдя «славили» (winschen, wunschi, vienge), т.е. поздравляли хозяев, читая стихотворные поздравления с пожеланием в Новом году здоровья, счастья, долголетия, мира и согласия, вечного спасения души. Славящих благодарили, желали счастья, и угощали водкой и закуской (колбаса, ветчина, сало, огурцы, холодец, кофе, пироги и т.д.). «Славящие» приходили группами в 3-4 человека. Дети читали заученные стихи, приветствие, получали в благодарность мелкую монету, сладости (пряники, конфеты). В других колониях вечером накануне Нового года, ходили по улицам ряженные — Новогодний Никель (Neujahrsnickel), Пельцникель (Рelznigel — Pelznickel, Pelnegel, Belznikel, Belznickel — «Меховой человек», Никель, Николай. Pelz- мех, шуба, символ плодородия и богатства у германцев, элемент аграрной магии), Кристкинди (Christkindchen), Forkleid, «медведь»(Barenlarve), баран»(Bocklarve), и др. Пельцникель — был главным устрашающим персонажем Нового года. Его изображал мужчина в вывернутой мехом наружу шубе опоясанную дышловыми или плужными цепями, меховую шапку, валенки. Лицо было вымазано сажей, наклеена борода из соломы или скрыто под раскрашенной картонной маской. Цепь с лязгом волочилась по полу. В руках Пельникель держал прут (или розги, колокольчик), мешок с подарками (лук, чеснок, сладости).. Детей заставляли прыгать через цепь, кусать луковицу или цепь, читать молитвы, одаривали «подарками» или наказывали за непослушание. Остальные персонажи наряжались в овечьи шкуры, шубы, обвешивались цепями, были вооружены палками. Ряженые ходили ночью по улицам и ловили прохожих — взрослых и детей. Заставляли их спеть или прочитать стихотворение. За это давали подарок или наказывали ударами палок и заставляли съесть чеснок или лук. Нередко ряженые встречали сопротивление и спасались бегством. У католиков после праздничной церковной мессы, в 12 часов звонили в колокола («отзвонить старый год»), провожая старый год. Девушки в полночь под Новый год гадали о будущем замужестве.[12]

Новогодние обряды «славления» (колядования), обхода дворов, одаривание хлебными, печеными изделиями должны были обеспечить здоровье членов общины, урожай, приплод, обсыпание злаками имели магическую подоплеку. Обход дворов молодежью — также пережиток способа уравнительного общинного распределения. Производимый шум (стрельба, шум, стук) имели охранительное значение.

Готовили традиционный праздничный стол с жареной свининой, колбасой, гусем с начинкой. Подавали тушеную капусту с кусками свиного окорока, картофельное пюре на молоке, галушки, жареную фаршированную рыбу, колобки с арбузным медом, сыр (Kochkase), пышки (Kuchelchen), пироги (кухи) крендели, пряники, кофе, «степной» чай, квас, водку, пиво, вино. За столом произносили тосты (Stehn guter Hand! Prost Neujahr!), пели песни, обязательно произносили молитву. Днем молодежь каталась на лошадях, в ряде колоний проводились скачки лошадей. Вечером взрослые посещали родственников, молодые поселяне устраивали вечеринки. Время с 25 декабря по 6 января считалось самамым опасным в году.[13]

Рождественско-новогодний цикл завершался праздниками — День трех королей (Gross Neujahr) или «Большой Новый год» (Heiligerdrei konigstag), Богоявление (Епифания) — 6 января, зимний цикл — Сретенье — 2 февраля. По преданию 3 волхва (короля)пришли за звездой в Вифлеем с дарами и поклонились Христу-младенцу. Праздничный ужин вечером был обильный как и на Рождество. В католических колониях совершался обход дворов процессией ряженных — «3 королей». Мальчики в белых балахонах несли звезду и пели песни, рисовали на дверях домов, хлевов кресты буквы «К + В + М» и число года. Считалось, что это оберег от злых сил. В некоторых селениях в церкви освящали мел. Днем проходило два богослужения. По поверью ночь на 6 января — самая опасная. Над селениями летали злые духи. Молодежь затыкала от них печные трубы, и хозяева не могли утром топить печи. Заканчивалось «Святое время» — «Heilige Zeit». Существовали запреты на прядение в этот день шитье, на ссоры, злые дела. По поверью этим достигался мир и добрые дела на год. Детей не наказывали. В домах убирали елки, убранство.

В рождественско-новогодней обрядности на первый план выходят элементы продуцирующей магии, аграрно-магические элементы, направленные на получение богатого урожая, увеличения сил природы, богатства, здоровья людей и скота, элементы предохранительно-оберегательной магии.[14]